Чего ты ждёшь?! Убей его! – повелевая, произнесло Нечто.
Андрей посмотрел на руку: в его пальцах был сжат кинжал с искривлёно-уродливым лезвием. В форме буквы «т» располагались на рукоятке оружия четыре лавовых опала. Не зная почему, герой, без тени сомнений, замахнулся и разделил огненную плоть на 2 неровно скошенные части. Сгусток же, подобно настоящему огню, по которому провели ножом, дабы убить его, соединился вновь и откуда-то из его тела стал доноситься тихий смех. Но по мере того, как неунывающий Андрей пытался стереть с лица земли слугу Гефеста, он вновь заживлял свои раны и смех его становился всё ярче и ярче на фоне гробовой тишины.
– Убей, убей, да, хорошо, – твердил голос.
Тело Андрея уже не повиновалось ему. Страх завладел им. И чем больше он боялся, тем больше становилось пламя. Вот уже его жёлтые щупальца начали лизать одежду Тихонова.
– Аааааа, не подходи! – в исступлении прокричал он, не останавливаясь махать оружием. – ХААААА-АХАХАХАХААА! – отвечало ему пламя. Вот уже часть ботинок скрылось в огне…
– НЕЕЕЕЕЕЕТ!
Рука, атаковавшая врага, исчезла…
– АХАХАХА-ХААААА!
Всё тело оказалось в плену у жёлтого монстра. Внезапно огонь уменьшился и принял обличье Тихонова. Герой отделился от своей бренной оболочки и наблюдал за происходящим как будто со стороны.
Тёмная аура волнообразно кружилась вокруг тела. Ослепляющий яркий взгляд, демоническая улыбка, по губам которой то и дело проскальзывает змеиный язык. «Выбор сделан», – произнёс Мефистофель.
14. Картина
– Нет! – С таким восклицанием на устах ворвался в мир живых Тихонов. Спустя миг, сопровождаемый оцепенением, он с облегчением вздохнул:
– Это был всего лишь сон.
После того, как Андрей вытер со лба холодные капли пота, он поспешил оглядеть местность. Он сидел на кровати той злополучной комнаты, с которой и началась наполненная кошмарами его новая жизнь. В углу, около окна, лежала Настя. В правом углу около картины, которой Андрей почему-то раньше не замечал, распластался Горов. На картине на фоне сумеречного света была изображена старинная каменная башня с плоской крышей и с шестью острыми конусообразными вершинами по краям, образуя тем самым знакомую нам с Вами фигуру. Высота, по подсчётам Тихонова, башни была около 50 метров, а в радиусе – не больше 20. На крыше башни находились четыре человека. Три из них облечены в поношенную броню, на ней были видны вмятины, разломы, разрезы, словно после битвы. На последнем же четвёртом воине были надеты чёрные мощные доспехи, идеально отполированные и сверкающие своей новизной. На картине будто бы изображена битва между теми тремя простолюдинами и этим тёмным рыцарем. Первый направил в сторону врага арбалет, второй направил ладонь со сформировавшимся магическим энергетическим шаром в сторону противника, а третий стоит около катапульты. Тёмный рыцарь, держа в правой руке опущенный меч, левой повелительным жестом призывал остановиться: рука поднята перпендикулярно телу, пальцы на ладони разошлись на максимальное расстояние, словно обидевшись друг на друга. Лица, изображенные на этом куске истории, как будто стёрло время. Тихонов пристально рассматривал искусно выполненный рисунок, стараясь уловить все мельчайшие детали их борьбы. Особенно заботила его эта тёмная фигура.
– Кто же четвёртый? – как будто догадываясь о предназначении картины, думал Тихонов. – Кто же это чёрная лошадка?
Нет. Это не лошадка. Скорее ферзь. Ферзь разящий напрямик и во всех направлениях Убивающий без жалости. Он вытянул руку. Он приказывает? А может быть он хочет что-то сказать? Или собирается что-то сделать? Будет сложный бой. Внезапно с правой стороны картины стали выжигаться следующие слова:
Шесть граней отделяют ВасОт разрушения оков.Орда врагов придёт тот час,Когда услышишь зов часов.
Они страшны, свирепы, злы,И каждый жаждет твоей крови.Взяв щит и меч, нахмурив брови,Без страха должен встретить ТыДве тысячи коварных монстров.Огнём охваченный твой остров,Разят и с неба, и с земли.
И, победив всех, без разбора,Из воздуха возникнет вдругДесница дьявольская МораВ обличье рыцаря, мой друг.
Слуга преисподней против Вас,Вам не пробить брони его,Коль Вам мешает зоркий глазРаба его летучего.
Без крыльев он теряет силу,Броня его не так крепка.Найди в его щите ложбину.Злодей уйдёт во мглу греха.
– Ааргххх! – со звериным рёвом просыпается Горов, и в этот же момент картина исчезает. Горов осматривается и видит пробуждённого Тихонова.
– Давно что ли проснулся? – Спрашивает Тихонова Горов.
– Так это….– мямлит Тихонов, в изумлении смотря то на место, где находилась картина, то на лицо Горова.
– Ну что ты как нюня? Долго я спал? – спрашивает Горов.
– Я не знаю… Я… Я только минут 15 назад встал. – отвечает Тихонов.
– Хм… А что с этой? – Горов указал пальцем на Настю.
– Я не знаю… – Тихонов подошёл к кровати, где лежала девушка и дотронулся до её лба своею рукой. – Жара нет. Она просто…
Тихонова прервал разъедающий слух крик: «ПРОСНИСЬ И ПОЙ, ЖИВОЙ НАРОД! ИГРА ВОТ-ВОТ НАЧНЁТСЯ! ХАХАХАХАХА!» С последними словами вскочила с кровати Кракова. С последними словами свет забрал всё живое из таинственной комнаты.
15. Испытание №2
Голубое небо, местами испещрённое пористыми грязными облаками, покрывало горизонт. Ничем не примечательный хвойный лес, имеющий в своём арсенале, как и маленьких, ещё не окрепших елей возрастом в несколько лет, так и больших многовековых могучих сосен-старушек, помогающих своими верхушками держать небо великому Атласу. Природа как будто находилась в этой местности в глубокой медитации, потому как практически никаких звуков, кроме редкого шепота ветра, рассказывающего своим друзьям-деревьям о том, где он побывал, и какие чудеса на свете видел, не было. Таинственная смертельная тишина. Ни щебетания птиц, ни трубящих в горн животных. Абсолютно ничего. Посреди леса, распластавшегося, казалось, от одной части света до другой, находилась огромная каменная башня странной шестиугольной формы с остроконечными верхушками на конце каждого угла. Под этими верхушками, напоминающие наконечники копий рыцарей, сражающихся на турнире во имя великого короля Англии, находилась платформа со специальными выступами для обороны этой башни. Именно на этой платформе и оказались Горов, Кракова и Тихонов. Тихонов был облачён в поножи из медвежьей шкуры, на туловище развивалась кольчуга. Голова же была покрыта шлемом из кости неизвестного происхождения. Оружием в его руке был тяжёлый деревянный арбалет с красивой ручной росписью, светящейся таинственным голубоватым светом, но стрела была только одна и уже заряжена. Горов, облачённый в доспехи даэдра, стоял около странной огромной катапульты с множеством рычагов, также уже заряженной огромной каменной глыбой. Вообще, хотелось бы отдельно упомянуть об этом устройстве для метания не то, что камней, не то, что булыжников, а, скорее, огромных кусков скал. Габариты она имела не маленькие: около четырёх метров в ширину, пяти в длину и высотой где-то 7 метров. Со всех четырёх сторон катапульта была закреплена якорными цвета серебра цепями. Рядом с катапультой был расположен дугообразный рычаг, визуально никак не соединённый с самой катапультой. На чаше катапульты, изрисованной непонятными символами, уже находился огромный астероид, готовый устремиться обратно в родной космос.
Конец ознакомительного фрагмента.
